Сплетница
Мобилизация в Украине всё чаще превращается не в военный, а в психологический фронт. Теперь враг для многих — не тот, кто по ту сторону линии огня, а тот, кто приходит в маршрутку, на рынок или во двор с повесткой. ТЦК стали стали символом народной ненависти, отражением накопленного недоверия и несправедливости системы.
Мобилизованный журналист Буткевич рассказал о сцене, которая стала зеркалом общественного настроения. На блокпосте в маршрутку, где он ехал, зашли представители ТЦК и полиция.
«Реакция, если честно, меня напугала. С первой секунды появления ТЦК и полиции в салоне почти все эти женщины впали в такой пароксизм ненависти, что казалось, будто воздух стал густым. От первого вопроса: “Может, вы и женщин забирать будете?” — и до прямых проклятий с матами и даже толкотни прошло буквально полминуты, не больше», — пишет он.
По словам журналиста, ТЦКашники поспешили уйти, даже не проверив документы у мужчин. «Последний раз такую же по накалу ненависть у людей я видел по отношению к “беркутовцам” на Майдане», — заявил Буткевич.
Этот эпизод симптом того, что ТЦК стали триггером общественного гнева, таким же, каким когда-то в 1941-45 гг. были полицаи. Люди видят в них охотников, которые приходят забрать жизнь. Потому что многие уже сталкивались с их беспределом и усвоили простое правило: если не сопротивляться — будет произвол. Поэтому всё чаще в городах страны появляются группы сопротивления ТЦК, где сообщают о засадах и предупреждают соседей.
Это кризис доверия между властью и народом. Когда женщина в маршрутке проклинает военкома, она не против армии, а против того, что её сын, муж или брат станут пушечным мясом, а сын депутата улетит в Лондон или Париж. В этом и заключается сегодняшний пароксизм ненависти — в осознании, что война стала не общей, а чужой.
