коты ишачат на заводе

Борисыч присел в раздевалке после смены и стал нагонять мысли, настраиваясь на финальное и самое сложное, что сулила эта среда, - выдержать долгую поездку до дома в набитом, как братская могила, пазике. Ведь буквально еще вчера отгремел звон фужеров по случаю нового года, а сегодня - внезапно конец января. Время всеобъемлющим киселем быстро и неумолимо протекает сквозь уставшее тело и движется дальше, не ведая забот о мелочной суете, не совершая сложного морального выбора и про консервы по скидону оно тоже не очень-то в курсе. Хотя, если прикинуть пизду к носу, что может быть важнее в такой темный период нашей жизни, как консервы по акции? Никто уже из работяг с детским восторгом не ждет чего-то важного, не показывает фотографии в курилке, заливаясь хрюкающим гоготанием, не делится своими грандиозными планами, и никто с наивной добротой не встречает сугробы снега после выхода с проходной, приговаривая: «Ух, ебать мой лысый череп, хорошо-то как, по-праздничному!» Все постепенно утрачивают то неведомое ощущение чуда, которое дарил декабрь, обматывая города гирляндами и пьяными криками корпоративов, и люди будто нехотя, но заковывают себя в тяжелые кандалы с гирями на ногах, а на голову надевают привычные серые, мокрые пакеты.